Как «заколдованный» штрафник стал Героем Советского Союза
ЛЕГЕНДЫ РАЗВЕДКИ
Несколько раз довелось встречаться с легендарным человеком – Владимиром Карповым, Героем Советского Союза, знаменитым фронтовым разведчиком, известным писателем.
В нашем Львовском высшем военно–политическом училище учился его сын, и Владимир Васильевич несколько раз приезжал к нему. И, к немалой радости будущих военных журналистов, подолгу общался с нами. А рассказать ему было что…
Владимир в довоенные годы был курсантом пехотного училища в Ташкенте, и у него складывалось удачно и в учебе, и в спорте – он был чемпионом Средней Азии и Среднеазиатского военного округа в среднем весе. Только вот везунчиков любят не все: «наверх» ушла анонимка о том, что курсант Карпов «высказывает удивление» тем, что в книгах и газетах Сталина упоминают намного чаще, чем Ленина. Из–за этого следователь, который вел дело, сотворил глобальное обвинение. Будущему герою суждено было испытать всю циничную жестокость тогдашней системы. Арест, камера в следственном изоляторе, трибунал, суд, который вынес приговор – пять лет неволи «за антисоветскую агитацию»! И это – накануне выпуска из училища?! В 19 лет рухнули все мечты…
Наказание Карпов отбывал в Тавдинском лагере НКВД, что в 450 км от Свердловска. Цинга, баланда, лютый холод и голод. С рассвета до заката – непосильный труд на лесоповале. Но даже в этих нечеловеческих условиях Владимир сумел не только выжить, но и заработать определенный авторитет среди осужденных и местного начальства. Позднее его перевели в Свердловск, где строился эвакуированный на Урал артиллерийский завод. Там даже возглавил бригаду…
И все это время Владимир настойчиво добивался отправки на фронт. Ему, спортсмену, хорошо подготовленному в военном плане, молодому и полному сил, казалось, что он просто обязан сражаться с врагом на передовой. О своем желании написал «всесоюзному старосте» Михаилу Калинину, и в ноябре сорок второго попал в штрафную роту, которую бросили в самое пекло – подо Ржев. В первом же бою из 198 штрафников выжило только восемь человек – в том числе Карпов. Тех, кто уцелел, сразу же включили в состав вновь сформированной штрафной роты и через несколько дней снова бросили в бой. На этот раз ему пришлось схватиться с нацистами врукопашную, и, конечно же, чемпион по боксу вышел из подобной схватки победителем. Третий бой и опять рукопашная в окопах – и снова Карпов остался невредим! Командиры стали называть его «заколдованным».
В итоге Военный совет фронта принял беспрецедентное решение – не получившего ни одной раны штрафника Владимира Карпова перевели в линейный 629–й стрелковый полк. Он и на новом месте отличился: в одном из первых схваток с врагом пленил немецкого офицера, который сообщил нашему командованию важные сведения. Умелого бойца в январе сорок третьего перевели во взвод войсковой разведки.
Бывалые разведчики, наслышанные о толковом новичке, щедро делились с ним своим боевым опытом. Тот схватывал все на лету, очень хотел овладеть всеми секретами рискованной боевой специальности. Захватить пленного и живым доставить в расположение своих войск – дело крайне сложное и чрезвычайно опасное. Но Владимир научился выявлять уязвимые места в обороне противника. И при каждой вылазке ему сопутствовал успех – он захватывал «языков» из числа немецких военнослужащих и важные документы. При этом старался многое брать на себя, не допуская потерь среди своих товарищей. Но если такое все же случалось, делал все, чтобы доставить погибшего или раненого бойца в расположение части.
Свою первую награду – медаль «За отвагу» – получил после того, как на очередном выходе ему лично удалось взять ценного «языка». А ведь ситуация для группы разведчиков складывалась не лучшим образом. Когда бойцы подобрались к вражескому блиндажу, оттуда открыли огонь. Поняв, что «по–тихому» уже не получится, Карпов бросил в блиндаж гранату, потом заскочил в него, скрутил выжившего фрица и без потерь привел группу с пленным обратно.
Вот что он рассказывал после очередного рейда в тыл врага: «Смотрю – в блиндаже немцы спят. Я пятерых зарезал, они даже не проснулись. Одного разбудил. Тот соскочил. Был в белом маскхалате, он был весь забрызган кровью. Мы взяли этого оставленного мной в живых немца, документы остальных забрали и ушли». При этом отмечал: «Скажу: не всегда кулаки и сила помогали на заданиях, до этого доходило редко. Моим преимуществом были быстрота реакции, которой обладают боксеры, умение не теряться и быстро соображать в критических обстоятельствах».
И в феврале 1943–го с него была снята прежняя судимость. Карпову было присвоено офицерское звание лейтенанта, а вскоре он был удостоен ордена Красной Звезды.
10 ноября 1943 года, во время кровопролитного боя, он во главе разведгруппы блокировал два вражеских дзота, уничтожил 90 солдат и офицеров противника и взял в плен 17. На следующий день с тремя разведчиками уничтожил гранатами два станковых пулемета и восемь немецких солдат, чем обеспечил продвижение наших войск. Владимир был награжден орденом Красного Знамени:
С каждым боевым выходом пополнялся счет «языков», доставленных разведчиками. «У нас, как и в других родах войск, существовали свои неписаные законы и даже нормы, по которым отличившихся представляли к тем или иным наградам. Летчиков, например, за 20–25 сбитых самолетов полагалось представлять к званию Героя Советского Союза. А разведчиков – за двадцать «языков», – делился воспоминаниями Владимир Васильевич. – У меня был случай особый, поскольку я – выходец из штрафников. Поэтому командир полка, желая, чтобы высшее почетное звание мне все же присвоили и чтобы никаких сомнений в инстанциях не возникало, представил наградной материал, когда на моем счету было участие в захвате 45 «языков». Однажды он вызвал меня в штаб. Был необычно хмур. Молча протянул мне наградной лист, поперек которого красным карандашом было размашисто начертано: «Вы думаете, кого представляете?!» «Ничего, Володя, не огорчайся, – сказал, и желваки забегали на его исхудавшем лице. – Правда, брат, всегда восторжествует. Есть она на земле, есть...»
Своим командиром Карпов гордился. Это был толковый и справедливый офицер Алексей Кортунов, Герой Советского Союза, будущий союзный министр, внесший весомый вклад в развитие советского нефтяного и газового проектов. И он добился того, что молодой разведчик был удостоен высшего ратного звания страны. 18 октября 1944 года наградной лист был окончательно оформлен подписью командующего Калининским фронтом Андреем Еременко. Лейтенанту Владимиру Карпову было 22 года. К этому времени на его боевом счету было 79 захваченных «языков» – абсолютный боевой рекорд среди советских разведчиков.
После нескольких тяжелых ранений и продолжительного лечения в госпитале Карпов не вернулся на фронт. Его направили на учебу в Высшую разведывательную школу Генерального штаба. Там он встретил известие о капитуляции нацистской Германии и окончании Великой
Отечественной войны. Ему выпала честь участвовать в легендарном Параде Победы 1945 года на Красной площади в Москве. Он был знаменосцем в колонне военных разведчиков, отличившихся в боях против врага.
В послевоенные годы Владимир Васильевич продолжил военную службу. После окончания Военной академии имени М.В. Фрунзе служил в Генеральном штабе, затем – в частях Туркестанского военного округа. Занимал должности заместителя начальника штаба и заместителя командира мотострелковой дивизии, заместителя начальника Ташкентского высшего общевой-
скового командного училища.
В 1965 году полковник Владимир Карпов ушел в запас. Куда податься, сняв погоны, особых вопросов не возникало: в 1954–м он окончил вечернее отделение Литературного института им. А.М. Горького, в 1962 году был принят в Союз писателей СССР и к моменту увольнения со службы опубликовал в журналах несколько своих повестей.
Отдельным изданием его роман «Вечный бой» вышел в 1966–м,
потом последовали следующие произведения, принесшие ему широкую известность, – «24 часа из жизни разведчика», «Командиры седеют рано», «Жили–были разведчики» и другие.
Особо стоит вспомнить автобиографическую повесть «Такая работа», позже переросшую в роман «Взять живым!». Даже высокий «номенклатурный» статус автора ничего в Советском Союзе не гарантировал – как вспоминал сам Карпов, эта книга постоянно издавалась с купюрами, и только в 1997 году вышло, наконец, полное издание. Долгие годы он был секретарем Союза писателей СССР и даже возглавлял его, четыре года возглавлял лучший в стране литературно–художественный журнал «Новый мир».
Владимир Васильевич ушел из жизни 18 января 2010 года в возрасте 87 лет.
Владимир ГОНДУСОВ
