Антарктида: лето в декабре, зима в июне. Жизнь наоборот!
ЮБИЛЕЙ
Белый магнит – так поэтично называют Антарктиду те, кого после возвращения с очередной зимовки вновь настойчиво влекло к вечным льдам и забавным пингвинам. Люди, которых принято называть емким словом «полярник», признаются, что главный «холодильник» планеты словно гипнотизирует и намертво привязывает к себе.
«Пингвинов
не убивать!»
На загадочный континент, где слепит глаза от яркости снегов и льдов, а столбик термометра зимой опускается в среднем до – 60°, а летом «поднимается» до – 30°, советская экспедиция впервые добралась 5 января 1956 года. Полярников и сотни тонн груза доставили дизель–электроходы «Обь» и «Лена» и судно–рефрижератор. С собой везли все – от мощных вездеходов до ниток и иголок. На палубе «Лены» даже разместились 50 северных лаек, нарты и упряжки.
В экспедиции участвовали 400 человек, каждый четвертый должен был остаться на зимовку. Возглавлял экспедицию Герой Советского Союза Михаил Сомов, человек недюжинных способностей и природного упорства, один из самых известных исследователей Арктики.
Стоило судам, протиснувшись сквозь строй величавых айсбергов, пришвартоваться, их окружили «аборигены» – десятки любопытных пингвинов не могли пропустить невиданное доселе зрелище. Доверчивые птицы совершенно не боялись людей. Увидев необычных встречающих в «строгих черных фраках», Сомов предупредил: «Пингвинов не убивать!»
О ледовом континенте наша экспедиция знала мало. Как писал в своей книге «Белые сны» известный журналист Василий Песков, «до 1956 года Антарктида для многих была сплошным белым пятном. Знания были скудными даже у специалистов…»
Больше месяца шло строительство поселка Мирный, и 13 февраля над ним поднялся государственный флаг СССР, знаменуя открытие первой отечественной научной станции, расположенной на самом холодном материке планеты. В 2026–м – юбилей, 70 лет! Это наш национальный приоритет! Именно в Мирном обосновалась обсерватория, которая приступила к изучению шестого континента Земли.
Назвали поселок в честь одного из кораблей экспедиции мореплавателей Фаддея Беллинсгаузена и Михаила Лазарева, которые 28 января 1820 года открыли шестой континент Земли, – «Лазарев». Второе судно называлось «Восток», и такая станция на ледовом материке появилась в 1957 году. Она находилась внутри континента, в 1460 км от побережья, где толщина льда составляла 4 км. Здесь расположен полюс холода – в 1983 году была зафиксирована температура −89,2. Имена наших первопроходцев также носят станции Беллинсгаузен и Новолазаревская, которая пришла на смену закрытой в 1961–м станции Лазарев. Заслуженная память: экспедиция наших исследователей была не только географическим подвигом, но и научным прорывом – мореплаватели собрали ценные данные о южных широтах, описали айсберги, ледяные поля и климат региона.
Освоение Антарктиды шло быстро. Весной 1956 года, после 370–километрового похода, была создана станция «Пионерская». Спустя год третья экспедиция под руководством выдающегося полярника, Героя Советского Союза Евгения Толстикова, отправилась к Южному полюсу недоступности – наиболее удаленной от берегов океана точке, в которой до этого не бывал еще ни один человек. Так был покорен Южный полюс недоступности. Временную станцию так и назвали – Полюс недоступности.
Спустя несколько лет в Антарктиде в круглогодичном режиме работали более десяти станций. Были еще сезонные, которые действовали в «летнее» время. Для Антарктиды это ноябрь–декабрь. Именно в это время сменялись зимовочные коллективы, и шел грузовой поток на ледовый материк. Лето в декабре, зима в июне. Жизнь наоборот!
Что касается «коренных обитателей» материка, то самые большие колонии пингвинов – близ станции Молодежная, которую называют, пожалуй, лучшим местом для проживания в Антарктиде. Станция всего в нескольких сотнях метров от берега океана, здесь не слишком высокая сухость воздуха и морозы не такие сильные, как на материке. Птичьи колонии занимают обширную территорию, которую покрывает розовато–бурый, пружинящий под ногами плотный слой из слежавшегося птичьего помета и мертвых тушек. Местечко довольно зловонное. Живут там не слишком крупные и скромные по раскраске черно–белые пингвины Адели, или, как их называли, «адельки», дружелюбные и любопытные существа. Но здесь же пролегали маршруты миграции крупных и красивых пингвинов – королевских: высоких грациозных птиц с желтовато–золотистым обрамлением гордо посаженной головы. Они метрового роста и массой в 70 кг…
Холодное сердце чужбины
Антарктида пытается предупредить об опасности еще на подступах к континенту, который окружают зловещие айсберги. Именно с ними столкнулись в 1820–м первые русские исследователи ледового материка. Айсберги могли легко отправить деревянные, слабо приспособленные для плавания среди льдов корабли на дно, а маневрировать среди них было невероятно сложно. Экипажи опытных мореплавателей Беллинсгаузена и Лазарева не высаживались на материк, но и без этого на их долю выпало немало страданий от постоянного холода, сырости и болезней. Одежда и обувь быстро приходили в негодность, а в условиях антарктических ветров невозможно было даже высушить вещи. Моряки выжили и выполнили свои задачи в условиях, где любая ошибка могла стать последней.
Спустя два века опасностей меньше не стало. Акклиматизация человека к таким условиям продолжается от одной недели до двух месяцев и сопровождается головной болью – по словам полярников, «будто трансформатор гудит», резким повышением давления, потерей сна, понижением аппетита, болью в суставах и мышцах, потерей веса. И это у людей, прошедших суровое «сито» медиков…
На высотных станциях – острая нехватка кислорода, жуткая горная болезнь или «горняшка», которая мучает вновь прибывших первые три дня. Это время, когда человек не может ходить, есть, даже спать. Случалось, что кого–то из новоприбывших полярников приходилось эвакуировать – они не могли работать из–за горной болезни.
Очень трудно психологически, и потому кто–то на далеком горизонте, средь девственной белизны льдов и сияющей голубизны айсбергов, вдруг видел миражи, до боли напоминающие силуэты родного города, а у кого–то сдавливало грудь от осознания расстояния, и белые березки становились дивной мечтой.
Очертания шестого материка, по мнению многих, напоминают человеческое сердце. А оно у людей разное: одно переполнено любовью и добротой, другое – ненавистью и злобой. Именно такое – у ледового материка. Суровая и загадочная часть света будто предупреждает: людям здесь не место. Угроза для здоровья и жизни – не только запредельные морозы. Это сумасшедшие ветры, которые шутя валят с ног. Когда начинается антарктическая пурга, или «дульник» по–местному, человеку из помещения лучше не выходить – заблудишься моментально.
По этой причине все дома в Антарктике возводятся на сваях, чтобы мощный поток воздуха пролетал под зданием и ничем не сдерживался. А то ведь во время первых антарктических экспедиций здания старались углубить в грунт, чтобы их не снесло ветром. Кончалась это обычно тем, что дом засыпало снегом по самый верх. Приходилось проделывать лаз через крышу, но после каждого урагана слой снега становился все толще, достигая порой 10–15 метров. В конце концов, такие жилища приходилось бросать, потому что мало у кого хватало сил по нескольку раз в день лазать вверх–вниз через ледяной колодец такой глубины.
И если возникала острая необходимость выйти на улицу в такую погоду, то по инструкции делать это нужно вдвоем или втроем, и идти по специальным дорожкам с поручнями. Важно не забыть при этом «телевизор» – прозрачный плексигласовый щиток с деревянной рукоятью, закрывающий лицо. Не то придется пятиться спиной вперед.
Такой ветер уносит со станции не только тяжелые бочки из–под солярки, которые забыли надежно закрепить. Когда в Мирном несколько суток бушевала пурга, лютая даже по местным меркам, ветер сорвал и сбросил в замерзшее море вертолет, накрепко, казалось бы, поставленный на прикол на берегу.
Равнодушная Антарктида давно ведет счет своим жертвам. Их немало. Люди погибают от мороза и пожаров, проваливаются на тягачах в ледяные трещины, гибнут при посадках самолетов на лед, авариях вертолетов и обвалах ледяного барьера у океана. Со временем полярники многому научились, приспособились к суровому нраву Антарктиды. Обозначились жесткие правила жизни и поведения человека на материке: как одеваться, дышать, питаться, строить жилища, передвигаться, в какое время летать, как преодолевать трещины, что нельзя делать при сильных ветрах и морозах. Но не всегда можно все предусмотреть, а цена ошибки – жизни полярников.
Могилы здесь не роют и не опускают туда гроб, а ставят его прямо на скалу, сверху закрывают металлическим футляром и хорошенько обкладывают камнями. На эту могилу никогда не придут родные…
Владимир ГОНДУСОВ
(Окончание следует)
